Яркость путешествия на борзой

«В автобусе ездят только торговцы крэком, психи и бывшие заключенные».

Это было краткое изложение основной мысли, которую я прочитал в Интернете, когда искал информацию о путешествиях на автобусе по Соединенным Штатам, готовясь к автопутешествию, в которое я собирался отправиться с другом.

Дополнительно: скорее всего, автобус не приедет. А если и приедет, то сломается.

Приехав из места, где общественный транспорт является нормой, и отправившись в место, «созданное для автомобилей» (не говоря уже о многих других предубеждениях, отраженных в комментариях), я решил отнестись к отзывам с большой долей скепсиса и купил билеты на автобус.

Примерно через месяц мы с другом были на вокзале Minneapolis Greyhound, садясь на автобус в 6:45 утра до Rapid City. Это был прямой рейс, который, согласно расписанию, должен был ехать двенадцать часов.

Когда автобус выехал из города, наши глаза с радостью обшарили открытый горизонт, залитый утренним солнцем. Мы и не подозревали, что это начало двадцатичасовой одиссеи.

Мы заметили это еще в самом начале: все остановки на отдых были в заведениях быстрого питания. А что, если бы вдоль автобусных маршрутов были фермерские рынки? Яблоки, которые мы взяли с собой в поездку, оказались кстати и напомнили нам о привилегии свежих продуктов.

Вытянув ноги на одной из таких остановок, я заметил порванную наклейку на одиноком фонарном столбе. Сообщение все еще можно было прочитать: Корпоративное насилие на продажу. Неподалеку группа пассажиров собралась поболтать, стоя в свободном кругу. Большинство из них были одеты в серые наряды, и многие несли сетчатые сумки, выставляющие напоказ их скудное содержимое.

«Когда я вышел два года назад, я был полон решимости сделать это время лучшим в своей жизни», — сказал высокий молодой человек. В его голосе звучала энергия.

Примерно через пять часов мы добрались до Су-Фолс, почти вовремя. Смена водителей. Всем пассажирам пришлось выйти и идентифицировать свой багаж, пока его вынимали из трюма и снова регистрировали. С неба выпало несколько капель дождя, освеживших кожу.

Наш новый водитель был энергичной леди, бдительной, но дружелюбной. Когда мы снова отправились в путь, она представилась через динамики и установила правила поездки. Она говорила ясно, исходя из своего опыта, и мне стало интересно, с какими переживаниями ей пришлось столкнуться в прошлом.

«Если вы закурите в моем автобусе, я немедленно вас отпущу. Если вы примете алкоголь или наркотики на остановках, там вы и останетесь. До следующего автобуса пройдет двадцать четыре часа. Это ооочень долго».

Глядя на новых пассажиров, садящихся в автобус и выстраивающихся в очередь, чтобы найти место, я встретился взглядом с маленьким ребенком, зажатым между ног и сумок. Я улыбнулся и помахал ему рукой. Его лицо было серьезным, но он ответил, показав мне два пальца (его возраст, как я узнал через некоторое время).

Ребенок случайно получил место прямо позади нас, сидя на коленях у своей прабабушки. Несколькими рядами дальше была его шестилетняя сестра с бабушкой. Они вчетвером летели из Техаса в штат Вашингтон.

Когда мы начали общаться, присутствие ребенка принесло столько радости: игривое личико, выглядывающее из-за сидений, говорящее "и-пау" на языке малышей. Мягкая рука, украдкой пробравшаяся, чтобы удивить меня, похлопав по щеке. Улыбающиеся глаза, когда мы играли в прятки, закрывая лица ладонями.

Я записал в своем журнале: «Такая интересная поездка». Все мы, попутчики, на мгновение разделяем параллельный маршрут в наших жизненных путешествиях — это одно и то же пространство, энергетические поля друг друга, кислород и углекислый газ, ритм автобуса на фоне шоссе.

Через проход мужчина с седыми волосами слушал музыку. Он сел в автобус с большими подарочными коробками, которые аккуратно положил на верхнюю полку. «Knee Deep Funkadelic (1979)» — так называлось видео на экране его планшета. Мне захотелось схватить его наушники и включить.

Примерно через восемь часов пути мы остановились на заправке в сельской местности Южной Дакоты. Там наш водитель заметил, что бензобак протекает.

Сначала мы ждали около четырех часов механика, чей неудивительный вердикт был таков: проблема не может быть устранена. Затем мы стали ждать замены автобуса на неопределенное время. Думаю, «счастье в несчастье», как говорят у нас в Финляндии, заключалось в том, что мы хотя бы не застряли на обочине дороги.

Пассажиры разбрелись по станции. Многие расположились внутри за столиками закусочной быстрого питания. Некоторые стояли в тени задней стены заправки. Несколько других перевели дух, сидя на траве, граничащей с асфальтовым пространством. Настроение было смешанным с разочарованием и смирением.

Длительная задержка стала серьезной проблемой для многих. С другой стороны, у меня и моего друга была роскошь времени в наших руках, и мы никуда не торопились. Когда попутчик услышал, что мы из Финляндии и направляемся в Рапид-Сити, он предложил нас подвезти. Он был из города и попросил жену забрать его. Он объяснил, что это его первый раз, когда он ехал на автобусе — и последний. В конце концов, мы решили остаться и вместо этого позволить другим разделить с ним поездку. Для нас неожиданный поворот на дороге был опытом, и мы чувствовали, что хотим его пережить.

Большую часть времени мы проводили с детьми, двухлетним малышом и его сестра. Мы были поражены, как их бабушки доверяли нам их, позволяя нам общаться. Мы раскрашивали и рисовали в моем журнале. Откуда ни возьмись, попутчики принесли нам настоящие раскраски и коробку мелков.

Веселость детей среди того, что могло бы быть капризным занудством, была исключительной. Они присутствовали и занимались простыми делами: раскрашивали, рассказывали маленькие истории и смеялись над глупостями. У двухлетнего ребенка было на удивление остроумное чувство юмора. Когда около 8 вечера я спросил его, не хочет ли он спать, он лег ко мне на колени и притворился, что храпит. Маленькая комедия заставила нас всех хихикать.

Мужчина из Funkadelic принес подарочные коробки из автобуса. Он сказал нам, что они для его особенного друга, который едет на встречу с представителями штата Вашингтон. Когда я спросил о музыке, которую он слушал, он познакомил нас с группой Gap Band. Он сказал, что его любимая песня вышла, когда он только пошел в армию.

Ближе к полуночи прибыл новый автобус, после восьмичасового ожидания. Все это время водитель информировала нас, как могла. Ее манера поведения была оптимистичной.

Группа мужчин позаботилась о том, чтобы перенести багаж каждого из сломанного автобуса. Уставшие, но также немного бодрые, мы все выстроились в аккуратную очередь, чтобы сесть в автобус. Человек из Funkadelic провел нас к началу очереди, чтобы мы могли быть уверены, что получим места в первых рядах.

«Если вы позволите мне вести машину, я не остановлюсь до Чикаго», — сказал кто-то.

Из-за слишком эффективного кондиционирования воздуха в автобусе было очень холодно. И снова, как гром среди ясного неба, пассажир с задней части автобуса подошел и предложил нам одеяло. Мы отказались, пытаясь закутаться в шарфы. Через некоторое время мужчина из Funkadelic спросил, не замерзли ли мы, и в этот момент мы признались. Он встал, чтобы укрыть нас своим пальто. Мой друг уснул. Я не спал, глядя на темный пейзаж, проносящийся за окнами.

Когда мы подъезжали к Рапид-Сити, наш попутчик (тоже в сером костюме) вызвал нам такси со своего мобильного, чтобы нам не пришлось искать его в 2 часа ночи в незнакомом городе.

Когда пришло время выходить из автобуса, я потянулся через проход, чтобы пожать руку человеку из Funkadelic. Я поблагодарил его и сказал, что его доброта вдохновила меня заплатить вперед. Он наклонился, чтобы обнять меня, и сказал: «Я из Техаса». В этот мимолетный момент я понял, что все стереотипы, которые у меня были о Техасе, теперь рухнули.

Прежде чем уйти, я обернулся и посмотрел на маленького ребенка. Он мирно спал на сиденье рядом со своей прабабушкой.

В последующие недели, пока мы ехали в Калифорнию, воспоминания о моментах, проведенных с совершенно незнакомыми людьми, продолжали согревать наши сердца. Они все еще согревают. Я не знаю, кто они, я не знаю, откуда они пришли и куда направляются — я даже не всегда знаю, куда я сам направляюсь в жизни. Тем не менее, связи, которыми мы делились, вытащили на поверхность много хорошего и доброго в нас. Они доказали силу магии в обыденности.

Давайте всегда будем путешествовать таким образом.